В комментарии RuNews24.ru эксперт по социально-экономической политике Яков Якубович отметил, что механизм привлечения некоммерческих организаций к оказанию социальных услуг в России прошёл путь от экспериментальных площадок до комплексного института. Ключевым инструментом стал социальный заказ, который с 1 января 2025 года распространяется на все регионы. Раньше он апробировался в 38 пилотных субъектах, теперь это общенациональная практика.
По словам эксперта, социальный заказ работает по девяти направлениям: социальное обслуживание, содействие занятости, спортивная подготовка, санаторно-курортное лечение, паллиативная помощь, профилактика заболеваний, физкультурно-оздоровительные услуги, дополнительное образование и туризм. Это те отрасли, где государство традиционно было монопольным поставщиком, а теперь на конкурсной основе выбирает исполнителя — НКО или частную компанию. Как отметил заместитель министра финансов Алексей Лавров, внедрение социального заказа даёт гражданам возможность выбора исполнителя и повышает качество услуг.
«Главное изменение для людей — расширение выбора. Получатель услуги перестаёт быть привязанным к единственному государственному учреждению. В дополнительном образовании социальный сертификат даёт ребёнку право посещать любую организацию, прошедшую отбор. В Ульяновской области в 2025 году такими сертификатами воспользовались более 71 тысячи детей. В социальном обслуживании на дому у пожилых людей и инвалидов появляется альтернатива: не только государственный центр, но и НКО с более гибким графиком и индивидуальным подходом. Подать заявление и выбрать исполнителя можно на портале госуслуг».
По данным Общественной палаты, число негосударственных поставщиков социальных услуг за пять лет выросло с 27% до 34% от общего числа. В абсолютных цифрах: если в 2020 году это были 1,2 тысячи социально ориентированных НКО, то к 2025 году — уже 1,6 тысячи. Общее число получателей услуг в рамках социального заказа достигает 12,3 миллиона человек. Удовлетворённость граждан высока: социальное обслуживание — 92,8%, содействие занятости — 91,3%, туризм — 91,4%.
«Однако за цифрами роста скрывается важный нюанс. Привлечение НКО — пример непрямого государственного управления, когда государство остаётся стратегом и заказчиком, но делегирует производство услуг третьим сторонам. Как отмечает профессор Варвара Кулькова, один из ведущих специалистов по межсекторному социальному партнёрству, именно общественно-государственное партнёрство становится основным каналом привлечения НКО к социальному обслуживанию. При этом сохраняется риск аффилированности НКО с государством: финансово зависимые от субсидий организации рискуют потерять самостоятельность и инновационный потенциал».
Как подчёркивает эксперт, привлечение НКО — часть более широкого процесса развития межсекторного социального партнёрства. Современная практика выходит за рамки классической модели «государство — бизнес — НКО» и включает инициативные группы, проектные команды, волонтёрские объединения без статуса юридического лица. Граждане выступают не только как получатели услуг, но и как инициаторы решения социальных проблем. Пример такого расширенного партнёрства — программа «Обучение служением», где студенты разрабатывают и реализуют социальные проекты по запросу местных сообществ, получая профессиональные компетенции и опыт гражданского участия.
«Сегодня межсекторное социальное партнёрство насчитывает десятки инструментов и не ограничивается грантовой поддержкой НКО и социальным заказом. Активно участвует и бизнес, финансируя программы корпоративной социальной ответственности. Тем не менее социальный заказ стал повсеместной практикой, и сам этот факт — серьёзный институциональный сдвиг. Люди в малых городах и сёлах получают доступ к услугам, которые раньше были недосягаемы, а конкуренция между поставщиками постепенно начинает работать на качество».